О чем на самом деле говорят мужчины
Мужской взгляд на ноябрьские концерты в Москве
Желаем Вам приятного чтения и одновременно напоминаем о том, что данный материал является интеллектуальной собственностью. Материал защищен Законом РФ «Об авторском праве и смежных правах», а также международными правовыми конвенциями. Любое его использование без разрешения авторов статьи является незаконным и может послужить причиной для судебного разбирательства. |
Будучи работником телевидения, способность удивляться, кажется, утратил вообще. Но на самом деле есть многое на свете, что и не снилось нашим... да и не нашим тоже не снилось. Вот, например, случилось на днях. Театр Э., какой-то концерт, какой-то певец. Так заявка пришла. Ну, да ладно. Привычно морщишься, что Театр Э., художественно материшься на этот "храм сотоны", как выразился на какой-то предыдущей съемке, один телевизионный режиссер, но работа есть работа, чего поделаешь. Это-то, кстати, едва ли не последнее занятие, по нынешним временам, что ещё отличает нас от обезьян.
"Храм сотоны" встретил привычной дуростью, хамством и маниакальной подозрительностью служб театра; единственная радость от его посещения - служебный буфет с комплексным обедом, свежей выпечкой и компотом, почти как дома. Не понимаю я. Вот если вы зарабатываете тем, что сдаёте храм в аренду и, пытаясь одновременно служить и музам и мамоне, так неужели ж нельзя быть хоть немного погостепреимней?! В Кремлевский дворец проще зайти и выйти, и решить там массу производственных вопросов, чем в этом храме "искусств". А тут атмосфера такая, что даже мухи бьются о стекло, - не с целью вырваться на свободу, а с целью самоубиться скорее, насмерть! Уж лучше смерть, чем такая жизнь! Это мухи, а люди!? Что ни фигура, в храме, то не меньше чем у министра пафоса, и самодурства как у провинциального дворянства времен Михаила Евграфовича. А система запоров и бросающаяся наперехват и едва ли не цепляющаяся за ноги команда "специально обученных" охранников и вахтерш? О-о-о! Любая государственная казна позавидует! Однако, ну их. Самые высокие заборы у тех, кто больше всех ворует, так что по закону бумеранга всё прилетит обратно. И неважно, куда этот бумеранг бросать - в атмосферу над континентом в южном полушарии или в мироздание. Прилетит, точно говорю! Прилетит! В конце концов, может быть деревянные человечки в театре злые не потому, что такие, а потому, что их такими заставляет быть Карабас-Барабас. Вот и раздают всем подряд и друг другу тридцать три подзатыльника!
Так вот концерт. Оказывается какой-то там француз, даже вроде канадец, даже звезда мюзикла "Нотр-Дам де Пари". Ну, звезда и звезда. Я этих "звезд" считай, каждый день вижу, и новости о них раньше узнаю, чем их в "лайфньюс" пропечатают. А этот вроде ничего, курлыкает на своём французском со своими музыкантами, на розовые кофточки не бросается, на женщин вообще тоже. Может потому, что росточку не большого. "Средних размеров мужчинка" как говаривала одна моя знакомая. Петь пытается "вживую". Только мерзнет. ЖаловАться стал на это обстоятельство, зачем-то нам. Оборжали его поэтому, циничные инженеры телевидения посредством переводчика:
- Ну, дык это Россия! Чего он без водки и без балалайки-то ходит?!
- Ушанку бы надел и косоворотку с медведями! Глядишь и согрелся бы!
- Это тебе не икру красную жрать матрёшками!
- Ничего, ничего пусть родню поспрашивает, как они в восемьсот двенадцатом на калужском шоссе мерзли!
Девушка переводчик оченно краснела, и смеялась, а вот что иностранцу сказала неизвестно. Непереводимая игра слов, не иначе!
Пока сигналы да разговоры, да кофий в зрительском буфете, дело к концерту. Аншлаг был на концерте! Полный зал кресел! Шучу. Зал был полон дамами от пяти до шестнадцати. Дамы, они ведь такие, - как шестнадцать исполняется, так потом всё время шестнадцать, даже когда семеро внуков и два правнука. Так вот дамы. Их было большинство. Подавляющее. Как на демократичных выборах, при какой-нибудь диктатуре. Процентов девяносто зрительской аудитории. Конечно, были и мужчины, но их, скорее на веревке привели, или заставили методом шантажа и угроз явиться. Такой у них был вид. Дамы - не укомплектованные мужчинами, и с ними в наличии - пришли с цветами, плакатами и флагами с королевскими лилиями. Гендерный перекос в аудитории также был подвергнут осмеянию:
- Десяток песен на французском, и даже коротышка собирает стадионы из одних дам!
- Женская жалость самый короткий путь к любви! Плюс песни!
- Но он же поёт на французском о любви! Что может быть важнее в этой жизни!
- Бе-е-э-эль! Песни о любви на французском, о любви втройне!
- Мне кажется, я знаю, кто им сегодня приснится!
Короче, инженеры, молчать!
Прошли положенные театральные пятнадцать минут, и в зале, густо озонировавшем смесью дорогих женских духов, зазвучала музыка. Первым стал в такт барабанить ногой под столом телережиссер. Ну, подумаешь! Работа такая! Затем вовлеклись все, а затем, затем стало хорошо. Началось то, что называется – драйв. И кураж! Уж куражу-то артисту французского розливу не занимать! Короче, рекомендую – Брюно Пельтье. Это не просто смазливый коротышка, а артист! Вернее – Артист. Точно говорю, уж я-то знаю, что такое шоу бизнес! Даже ко всему привыкшие телевизионные инженеры прониклись! Что уж тут говорить о влюбленных в талант поклонницах?! Несчастные, они пытались пуститься в пляс, но тесные кресла сдерживали души прекрасные порывы. Ах, если бы на дворе был изысканный девятнадцатый век, то к люстрам зала наверняка полетели бы чепчики. Но сегодня всё-таки нравы посуровей и потому просто обошлись букетами цветов и мягкими игрушками, сложенными в гору на сцене. По-видимому, по ходу зрелища внутреннее давление эмоций поднималось, но встретив преграду в виде кресел, выход находило в истошных криках едва не ополоумевших поклонниц! Будь я сам дамой, я тотчас бы влюбился в Брюно!
Но, увы, пришлось только с грустью смотреть на чужой успех. И горько шутить, когда пришлось уже на выходе после концерта идти, сгибаясь под тяжестью выносимого оборудования, сквозь коридор восторженных почитателей таланта, о том, что так нас, никогда не встретят, и мы чужие на этом празднике жизни.
Праздник с аншлагом был два дня! Зал оба дни был полон под завязку. И это в пресыщенной развлечениями и концертами Москве!
О красоте музыке и песен рассказывать словами это также бессмысленно как пытаться с помощью воды изобразить пламя. Так что повторю - Брюно Пельтье. Где встретится - смело берите, не пожалеете! Так и говорите – дайте два! Потому что настоящий талант - он восхищает. Он, талант, завораживает! Особенно ясно я понял это сегодня когда в серой, простудной, противной холодной мгле от осадков из снега и дождя разглядел размокшую, оборванную афишу, и настроение моё улучшилось. Потому, что талант! А талант он и в Канаде талант!
Сергей Ф. Мельников.
10 ноября 2011 г.